Стихи об Афганистане и печи своими руками: история удивительного земляка из Варклед-Бодьи

Прежде всего, его знают как художника. Рисовать он начал с самого раннего детства. Карандашами, красками, мелом, углем – всем, что под руку попадется.
В армии открылся и другой его талант – поэтический. За ним закрепился выпуск боевых листков, где появлялись его стихи, частушки.

Служил он в воздухоплавательных войсках. Часто вылетали в командировки в Афганистан, запускали аэростаты в горах. Здесь появился цикл его афганских стихов, которые потом солдаты исполняли под гитару.

Многое в жизни пришлось пережить Александру Григорьевичу. Пережил и страшную аварию, после которой перенес несколько операций. Однако не спасовал перед судьбой.

Например, когда ходил на костылях, превозмогая боль, занялся печным ремеслом. Только в одной Варклед-Бодье печником Александром Матвеевым возведено 30 печей. Так же, будучи на костылях, он начал делать мебель.

Доктор так и сказал тогда: если бы ты не заставлял себя так активно двигаться, сейчас бы уже был прикован к постели, – признается мастер.

Говоря о поэзии Александра Матвеева, не раз приезжали к нему журналисты из Ижевска. Его стихи публиковались в республиканских изданиях. Его творчеству школьники посвящают исследовательские работы.

Представляем вашему вниманию стихотворения собственного сочинения Александра Григорьевича, посвященные землякам, служивших в Афганистане.
 
Служили два товарища

Виталию Михайлову из Варклед-Бодьи и Назилю Нугуманову из Новых Бизяков посвящается

Служили два товарища от Родины вдали
Виталий был из Бодьи, из Бизяков – Назиль.
Идет ли перестрелка, или грохочет бой,
Ты знай – крути «баранку» да жми на газ ногой.
А на дороге – мины, и ждет в горах «душман»,
Но ни одна машина не едет без бензина, и не загрохочет танк.
Дизтопливо в цистернах порой всего ценней,
Чем в ящиках патроны, бойцам они нужней.
А вечером, встречаясь, уставшие, в пыли,
Шутили и смеялись, солдаты-земляки:
«Ну, как дела, Виталий? – Нормально все, Назиль! –
Медаль еще не дали? – Пока не заслужил!»
А утром спозаранку, пока другие спят,
Им снова за «баранку» – в горах их ждет отряд.
Достойно отслужили всю службу земляки.
Ведь дело не в медалях – страну не подвели!
 
Смерть джигита

Памяти Рафиса Хуснутдинова, уроженца д.Сосново, и других погибших воинов-татарстанцев посвящается

Среди пустынных гор Афганистана,
Раскинув руки на песке,
Лежит солдат – сын Татарстана,
Темнеет рана на виске.
Он смотрит в небо голубое,
В глазах ни страха, ни тоски,
Лишь удивление немое:
«За что же так-то, мужики?!»
Над ним земляк, согнутый горем,
В слезах, качает головой:
«Ну, как же так?! Тебя убили…
Как я один вернусь домой?!»
Там. за рекой, в родном ауле,
Любя, ждет девушка его.
И мать так рано поседела,
Молясь за сына своего.
Но не придет джигит домой,
К невесте милой не вернется,
Среди черемух соловей
Не для него весной зальется.
А за околицей кукушка,
Кукует грустно над рекой,
Не веря, что в гробу из цинка,
Вернется в мае он домой.
Лежит в песках солдат-мальчишка,
В глазах застывших – крик немой:
«Я так мечтал домой вернуться!
В деревню, к матери родной…»
И ночкой темной над могилкой
Горюет месяц молодой.
Печально тучка, проплывая,
Украдкой слезы утирает,
Молясь за вечный упокой.
 
Сны ветерана

Булату Имамиеву из Кучукова и другим израненным ветеранам посвящается

В окно, не мигая, глазеет луна,
Ночные владенья обходит она.
Во тьме на кровати лежит ветеран,
Во сне, в полудреме, он видит Афган…
Мелькают урывками лица друзей;
Серега из Тулы сидит на «броне»,
И вдруг БТР исчезает в огне…
Вдруг видит: к «зеленке» колонна ползет.
Его прикрывает танковый взвод…
И тут же он видит: летит вертолет,
За ним след ракеты… Ага, перелет!..
Крутнувшись на месте и зло прожужжав,
Он дал по ущелью спаренный залп…
Проснулся внезапно, весь в липком поту:
«Ну сколько же можно?! Уже не могу…
Была ли война, и был ли Афган,
А может, все это кошмар и обман?»
Тряхнув головою, он дернулся встать,
Но тут же бессильно упал на кровать.
Дрожащей рукою куда-то полез,
В углу, под кроватью, нащупал протез.
С трудом прицепив, шальной ото сна,
Побрел подышать… Туда, где луна

Екатерина Самсонова